— Прямая линия будет, безусловно, знаковой во всех смыслах.
Если уж Кудрин, один из самых близких президенту либералов, заговорил о возможностях социальных потрясений в стране практически накануне одного из самых важных внутриполитических мероприятий Кремля, то это верный индикатор того, что общество действительно устало.
И здесь нельзя будет обойтись бегущей строкой с вопросами за спиной главы государства, которая будет цензурироваться минимально. Прорывами в виде «прямых высказываний» народа уже обойтись трудно. Необходим разговор по существу всех назревших проблем.
Путин — политик экстра-класса, который, обладая феноменальной памятью на цифры из строк бюджета, цифр инвестиций, понимания сути «майских указов», уверен, ответить сможет практически на все.
Другое дело, что обозреватели отметят в первую очередь «зависшие» вопросы, — те, которые внутриполитический блок откажется воспроизводить в виде вопросов. Интерпретации по ним могут стать главными разрушителями воли президента поговорить откровенно с гражданами страны.
Накануне трудной осени эти «зависшие» вопросы окажутся самыми болезненными для власти.
Но здесь вот какая дилемма: с одной стороны, «прямые линии» — да, снимают напряжение в обществе. С другой — внутриполитические администраторы понимают, что не могут показать главе государства действительное положение дел, так как по нему будут выставляться и оценки из собственной деятельности.
Так или иначе, ожидаю, что 70% вопросов будут пустыми, 30% — возможно, серьезными: нельзя обойтись без вопросов о свалках, экологии, пенсионной реформе, увеличение капиталов олигархов на фоне обнищания масс, миграционной проблеме, губернаторах — не политических лидеров, а администраторов, — в общем, вопросов о справедливости. Каждый из нас может накидать таких актуальных не меньше десятка, уверен. Какие из них окажутся за стеной умолчания — сейчас в этом вопрос.
