Советский офицер: как нас разрушали

— Расскажите, пожалуйста, свою историю. Где и как вы служили, что происходило в 80-90-е годы с нашей армией? Как советский, затем российский офицер вдруг попал на территорию, можно сказать, вражеского государства?

— Я закончил академию гражданской авиации по специальности управление воздушным движением, где получил также и свою воинскую специальность по средствам противовоздушной обороны. После этого я служил кадровым военным в Северо-Западном округе, служил лейтенантом, командиром взвода, а через два года командовал ротой на территории Республики Карелия.

Мы выполняли работу по отслеживанию потенциального противника в северном секторе НАТО, это северо-восточный сектор Балтийского моря. Затем, когда началась эта разруха, которая называлась перестройкой, пришлось делать какие-то выводы. У меня от полной роты в 145 человек по обслуживанию РЛС «Двина» осталось всего 62 человека.

Срочники отслужили и демобилизовались, а новых призывников не было. Квалифицированного технического персонала тоже не хватало. И доходило вплоть до того, что довольствие тоже сокращалось. Сокращение коснулось и технических средств. Мы вынуждены были больше чем на 12 часов в сутки отключать наши РЛС. Фактически в это время граница была открыта на нашем участке. То же происходило и на других секторах.

От нас было 50 верст до ближайшего населенного пункта. А зимой в 91-м году был очень большой снег. Даже вертолетное сообщение было практически невозможно, не говоря уж о наземном. Соответственно, мы оказались отрезанными от всего: от довольствия, от связи, от управления… И вот это очень сильно нас, конечно, подкосило.

Наши семьи уехали на материк, потому что в нашем городке не было даже электричества и топлива для того, чтобы отапливать дома. Но за все это время у меня не заболел и не умер ни один солдат, никто даже не простудился, мы все очень четко следили за этим. Но продолжать такую службу и жизнь было просто невозможно, да и незачем.

Читайте также:  Власть боится? За детей на митингах будут жестко наказывать

В результате я подал рапорт об увольнении, потому что дальше смысла продолжать службу не было. Особенно с приходом Ельцина, когда было конкретно сказано, что мы становимся неинтересны, сокращается армия… И вообще, какие-то вещи стали происходить очень странные. В общем, в результате рапорт, конечно, был подписан, и я уехал на материк.

А потом случилось так, что была открыта идеологическая дамба. И товарищ Ельцин позволил вторгаться идеологическому противнику на нашу территорию. Так я после увольнения из армии и попал в религиозную секту. И таким образом начался контакт с потенциальным противником, как нас раньше учили.

— Это были вербовщики или реально секта?

— Это была секта, но не деструктивная тоталитарная. Они называли себя «христианская церковь мягкого влияния». То есть они не были такими агрессивными, но несомненно, что они работали со спецслужбами и оказывали влияние на среду в России.

То есть они вторглись и попытались привлечь тот человеческий материал, который им был нужен. Когда разрушается основа социума, здесь возможно урвать какие-то куски, которые тебе нужны. И когда стая нападает, то жертва беззащитна и можно взять самое вкусное. Подобные организации тогда занимались именно этим.

— Как это произошло? Где вы встретились?

— В Москве, в злачном месте, на Арбате, там ходит много людей, много толп, много акцентов, там много какого-то интереса. Они ходили по улицам, раздавали какие-то листовочки, разговаривали о Боге, о Христе, приглашали поговорить об этом. Вот так произошло это мое знакомство.

Читайте также:  Главный подвиг Иосифа Кобзона

Я оставался коммунистом на тот момент, потому что я не положил партбилет на стол, как многие другие, а сохранял свою приверженность идеалам ленинизма. Тем не менее, это никак не помешало принять мне другой оттенок той же самой идеологии — «против всего плохого, за все хорошее».

Никакого агрессивного давления на мою психику не оказывалось. К тому времени ведь мне уже было 27 лет, я был взрослый человек, сложившийся при Советском Союзе. Конечно, мы все прошли через группы Animals, Deep Purple, Nazareth и другие.

Все это «тлетворное влияние», как тогда говорилось в СССР, а Сева Новгородцев называл «свежий глоток воздуха с Запада» впитывался, но не давал результата, потому что не было среды, в которой всходят эти семена. А потом, когда все это произошло, когда хлынул этот поток вербовщиков и агентов влияния, — вот тогда это все и взошло. То есть расчет был, конечно, на 50 лет, и он сработал на тот момент.

Вы лично легко поддались этому влиянию или все-таки были какие-то колебания, сомнения?

— Колебания были, естественно. Потому что все-таки, как офицер, я же понимал, кто такие англосаксы, понимал, кто стоит на той стороне. И мы же были достаточно здравые и прагматичные люди, не следовали каким-то интеллигентским отклонениям. Мы видели воочию, кто они такие, как они действуют, что они говорят, и в то же время они оставались людьми для нас.

Мы общались, как диспетчеры с пролетающим воздушным судном, общались на нормальном языке. И мы понимали, что там точно такие же люди, просто у них другие задачи, чем у нас. Поэтому так легко получилось пойти на контакт, ведь не было с их стороны насилия и давления, а с нашей стороны уже была подготовлена почва.

Читайте также:  СМИ: к раскрутке пенсионного рабства "подключили" звезд соцсетей

Потому что мы же считали, что там все лучше, что на Западе все хорошо, что там поют Beatles, что там люди чувствуют себя свободно. Это я потом понял, что та свобода, которую они продают, не имеет никакого отношения к той ситуации, которая существует внутри государства, насколько там фашизм развит.

На самом деле тот режим, который царит на территории англосаксонского мира, склонен к фашизму. А нам просто продают упаковку очень красивую, на которой написано: «полная свобода, самовыражение, индивидуальность…» А наши интеллигенты тоже путают индивидуальность с индивидуализмом.

Мы все помним песню «Я, ты, он, она — вместе дружная семья… В слове «мы» сто тысяч «я»… В нашей среде индивидуальность никогда не подавлялась, а они думали, что индивидуальность подавлялась, путая ее с индивидуализмом, то есть с самоизоляцией. Индивидуализм и индивидуальность — разные вещи.

И до сих пор в интеллигентской среде это путают. Мне кажется, именно в этом есть еще один фактор, в чем нас обманули. Индивидуализмом нас привлекли, называя это индивидуальностью, самовыражением, творчеством и т. д., как угодно. А в реальности все это совершенно наоборот — там сплошной диктат.

Продолжение следует…

К публикации подготовил Юрий Кондратьев

Читайте также:

Советский Союз возродится в XXI веке?

Когда кончится гражданская война в СССР?

СССР — страна рабского быдла или великая держава?

Перестройка глазами россиян: 20 лет спустя

Горбачев от расцвета до заката

Казаки-разгонщики митингов получили от Собянина грант на бомжей

Поделись с друзьями, расскажи знакомым:
Похожие новости:
Здравствуй, Дедушка Мороз! Кадыров получил приглашение побывать в гостях у сказки
Вслед за шубами станут маркировать табак
Глава МВД рассказал о неожиданном эффекте декриминализации побоев в семье
Назван простой способ перестать опаздывать
Социологи выяснили, сколько россиян тонет в одиночестве
Тело Львицы ценою один миллиард долларов
На Украине сообщили об отделении от Крыма "шатающегося Крымского моста"
Как стать гражданином Вселенной?

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *