Правозащитники и сенаторы вступились за многодетную мать Александру Лисицыну

Ситуация, которая случилась с москвичкой, матерью троих детей, преподавательницей английского языка в воскресной православной школе, совершенно дикая и вопиющая.

У дела, по которому она оказалась в СИЗО, долгая предыстория. В 2014 году знакомый предложил Александре приобрести землю под жилищное строительство в Подмосковье. Сделка обещала быть выгодной, поскольку цена была значительно ниже рыночной. Знакомый порекомендовал двух специалистов для оформления сделки, на которых женщина выдала доверенности, нужные для купли-продажи. Как иногда бывает в таких делах, самих этих людей потенциальная покупательница никогда не видела и полагалась на рекомендации человека, которому доверяла.

Посредники так и не вышли на связь, и поскольку денег у Лисицыной никто не просил, она посчитала, что сделка по какой-то причине сорвалась. Доверенности были выданы на небольшой срок и спустя год стали недействительными. Но неожиданно в дом Лисициных нагрянули оперативники. Александре сообщили, что она, оказывается, владелица девяти земельных участков в Подмосковье. Только приобретены они якобы незаконно.

Спустя четыре года выясняется: землю все-таки купили и оформили на Лисицыну. И вот теперь Рослесхоз утверждает, что участки незаконно вывели из его владений. Якобы дело рук мошенников. Ущерб — 37 миллионов. В чем вина Александры, очевидно: вступила в преступный сговор.

Шота Горгадзе, адвокат

Моя оценка как адвоката: уголовное дело возбуждено совершенно не законно и не обосновано. Александра Лисицина — многодетная мать, которая никогда не имела отношения ни к криминалу, ни к преступному миру, вдруг оказалась за решеткой. На мой взгляд, содержать человека в XXI веке в клетке — просто безобразие. Обвиняемый должен находиться в тюрьме только тогда, когда опасен для общества или представляет угрозу для следствия. Моя подзащитная никого не убивала, не совершала преступлений насильственного характера, и мне не понятно, почему она должна содержаться в тюрьме.

Это не понятно также и президенту нашей страны, который в ежегодных посланиях не раз делает акцент на том, что, к сожалению, многие люди совершенно не обоснованно оказываются на время предварительного следствия за решеткой. И не все уголовные дела, когда людей арестовывают, доводятся до суда и до обвинительного приговора.

Читайте также:  Социологи выяснили главные страхи россиян

Когда в Средние века на людей надевали кандалы и их закрывали в клетках, это было понятно. Но сегодня существуют современные технологии слежения, на которые, кстати, потрачено огромное количество бюджетных денег, например, электронные браслеты. И почему их не применяют к подозреваемой, не понятно.

Становится очевидно, что таким образом следователь не хочет докопаться до истины, а добивается признания вины. Следующим этапом станет ограничение в еде и воде, для того чтобы Лисицына быстрее подписала себе приговор.

По итогам выступлений составлено открытое письмо для того, чтобы все общественные правозащитные организации подключились к этой ситуации. К своему огорчению, отмечу, сегодня в нашей стране совершенно не обязательно совершать преступление, чтобы оказаться в тюрьме.

Елена Афанасьева, сенатор, член комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству

Сейчас нам очень важно не терять человечности и попытаться понять, какие страдания испытают трое маленьких детей, лишенные матери, и все родные и близкие Александры. Вы не представляете, какое они испытывают общественное давление, когда выходят на улицу или в школу. Многие сообщают им, что их мать в тюрьме, хотя она не осуждена и ее вина не доказана. Для детей это невыносимое страдание.

Поэтому мое мнение таково: каждый человек, который оказывается в сложной ситуации, имеет право на защиту и должен защищаться любыми законными способами, в том числе и с помощью привлечения общественности и средств массовой информации. Иначе мы можем скатиться к тому, что любого человека без доказанной вины по желанию кого-то можно будет упрятать за решетку. Прежде чем оказаться в тюрьме, вина должна быть доказана следственными органами.

Андрей Бабушкин, председатель межрегиональной общественной благотворительной организации «Комитет за гражданские права», председатель попечительского совета Фонда поддержки социальных, правовых и просветительских программ «Общественная инициатива», член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека

Читайте также:  85% российских семей делают домашние заготовки

Казалось, в прошлом году произошло радостное событие: впервые с гулаговских времен у нас в стране количество заключенных сократилось на полмиллиона человек. Но, как оказалось, радоваться рано, так как до сих пор огромное количество людей являются объектом следственного произвола. Многие российские следователи избирают следующую тактику: человека схватили, «законопатили» в СИЗО и про него забыли.

Одно дело, когда проходит активное следственное действие, человек сопротивляется, пытается противодействовать произволу, а другое дело, когда человек находится в состоянии вакуума и не понимает, что с ним происходит.

К сожалению, для ДСУ ГУВД Московской области это фирменный стиль работы. И я не удивлюсь если узнаю, что за многие дни с Лисицыной никакой следственной деятельности не проводилось, а просто подавляют волю, чтобы выбить показания.

Казалось бы, в мрачные 90-е все было плохо, но, как ни странно, если человеку предъявляли обвинение, то следователь искал доказательства, искал свидетелей. Сегодня ситуация прямо противоположная. Если нет доказательств виновности человека, следователь просто сидит в кабинете и ждет, а подозреваемый находится в СИЗО.

Сейчас именно нахождение человек в СИЗО является главным способом сбора доказательств. Как сказал один мудрый тюремный руководитель, «это называется раскрывать преступления через камеру».

Как ни грустно отметить, все СИЗО Московской области переполнены, они занимают первое место по заполняемости. И поэтому следователям ничего не надо искать, человек сам падает в руки, как спелый плод. Если его держать в ужасных условиях и в напряжении, в очень скором времени он во всем признается: даже в том, что хотел захватить Кремль, а не то, что какие-то приобретал участки.

Для этого достаточно иметь отсутствие прямого контакта с малолетними детьми, чтобы во всем признаться. Сейчас ее держат под стражей, чтобы сломать волю, это обычная практика. И мы должны не только заступиться за Александру, но и за многих невиновных людей, которые попали в такую безобразную ситуацию.

Читайте также:  В Китае подросткам запретили играть в онлайн-игры по ночам

Денис Солдатовглавный редактор «Гулаг-Инфо» 

Суд, следственный аппарат, следователь, прокурор, судьи пытаются выдать вместо правосудия некий симулятор. Как можно, не имея никаких доказательств ее вины, продлевать нахождение в тюрьме. Ни для кого не секрет, что тем самым выбивают из нее признание.

Завтра Лисицына приедет в Тверской суд. Для Александры пятичасовая поездка в холодном, не отапливаемом автозаке превратится в настоящую пытку. Хочу напомнить, что у нее ряд хронических заболеваний. Невооруженным глазом видно, что Лисицыну ломают, унижают ее достоинство, помещая в пыточные условия содержания. Получается, что она уже отбывает срок в тюремном режиме. А это незаконно.

Шота Горгадзе, адвокат

И в заключение, хотел обратить внимание на то, что пока не будет личной ответственности судьи или следователя по вопросам компенсации, вряд ли что-то изменится. Для незаконно осужденных деньги выплачиваются из бюджета страны, и для конкретного судьи или следователя это «ничьи деньги». А вот когда будет личная материальная ответственность за то, что принято неправосудное решение, противоречащее закону, тогда произойдет перелом в судебной системе.

Наша позиция заключается в том, что в случае, если справедливость восторжествует, Лисицына не будет подавать никаких исков, не поднимет вопрос ни о каких компенсациях. А она хочет забыть это, как страшный сон, и вернуться к своим детям.

Завтра, 26 февраля, во вторник, в 16:00 в Тверском районом суде города Москвы состоится очередное судебное заседание по вопросу продления срока содержания под стражей Александры Лисицыной. В этот раз следователь просит продлить содержание под стражей не на месяц, а на два месяца. У нас есть возможность на примере этой судебной ситуации четко увидеть, восторжествует ли голос разума в нашей стране. Дело Лисицыной — это лакмусовая бумажка.

ФНС предупредила уклоняющихся от налогов о рисках

Поделись с друзьями, расскажи знакомым:
Похожие новости:

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *